Игорь Снегур
Не сюрреалист, а мистик
Игорь Снегур «Бесконечное Путешествие», 2026 г.; холст, масло; 120 х 100 см
«Путь, который прошли до меня художники, был мало интересен. Я решил идти дальше», — эти слова как нельзя лучше характеризуют творческий метод Игоря Григорьевича Снегура, художника, чье имя стоит в одном ряду с ключевыми фигурами неофициального искусства Москвы. Для него живопись никогда не была просто способом изображения действительности или обращения к рассудку зрителя. Она стала особым языком, инструментом познания сущего и путешествием в глубины пространства, скрытого за плоскостью холста.
Снегур не стремился передавать «правду жизни» в ее бытовом понимании. Его интересовала иная правда — та, что «светится в картине», оставаясь неуловимым следом какой-то высшей истины. Он уподоблял живопись музыке, литературе или танцу — это такой же язык, но со своими строгими законами. Ее инструменты — только цвет и форма, ее стихия — статика, застывший миг.
«До постимпрессионистов художники мало занимались структурой живописного пространства», — замечал мастер. Именно пространство стало главным героем его картин. Художник воспринимал время-пространство не как абстракцию, а как физическое тело, в котором мы существуем. Работая на плоскости, Игорь Снегур создавал на своих полотнах особую трехмерную реальность. Это и есть то самое путешествие, которое совершает художник, прокладывая маршруты в «живописном пространстве».
Снегур не стремился передавать «правду жизни» в ее бытовом понимании. Его интересовала иная правда — та, что «светится в картине», оставаясь неуловимым следом какой-то высшей истины. Он уподоблял живопись музыке, литературе или танцу — это такой же язык, но со своими строгими законами. Ее инструменты — только цвет и форма, ее стихия — статика, застывший миг.
«До постимпрессионистов художники мало занимались структурой живописного пространства», — замечал мастер. Именно пространство стало главным героем его картин. Художник воспринимал время-пространство не как абстракцию, а как физическое тело, в котором мы существуем. Работая на плоскости, Игорь Снегур создавал на своих полотнах особую трехмерную реальность. Это и есть то самое путешествие, которое совершает художник, прокладывая маршруты в «живописном пространстве».
«Человек непосредственно находится в сущем... это состояние меня сущего мне и хочется передать», — формулировал он свою сверхзадачу. Живопись Снегура — это попытка нащупать соответствие между художником и мирозданием, найти ту вибрацию, которая связывает их воедино. Творчество Игоря Снегура началось в конце 1950-х годов, в эпоху «оттепели», когда вслед за политическим потеплением в страну стал просачиваться ветер свободы творчества. В 1958 году он пришел в студию Элия Белютина — легендарное место притяжения молодых авангардистов. Участие в первых выставках абстракционистов, штудирование классики в московских музеях (говорят, за год 1958-1959 он посетил их более ста раз!) сформировали его уникальный стиль.
- Игорь Снегур Миимкрия жеста 1990 г.
- Игорь Снегур «Сирена», 1987 г.
- Игорь Снегур «Весеннее Трио», 1996 г.
Путь Снегура был стремительным и экспериментальным: от фигуративной живописи и импрессионизма к экспрессионизму, который захватил его целиком, а затем — к глубокой философской абстракции. Параллельно с творческими поисками он получил фундаментальное образование на факультете графики в Полиграфическом институте (1960–64), что позволило ему в дальнейшем блестяще работать в самых разных жанрах: от театральных эскизов и книжной иллюстрации до плаката.
В 1975 году его работы прозвучали на знаменитой выставке в павильоне «Пчеловодство» на ВДНХ. Но главным делом его жизни на десятилетие стала организация и участие в выставках группы «20 московских художников», которые с 1978 по 1988 год проходили на Малой Грузинской, 28. Это место стало настоящим форпостом нонконформизма, где зритель мог соприкоснуться с живым, свободным искусством.
В 1975 году его работы прозвучали на знаменитой выставке в павильоне «Пчеловодство» на ВДНХ. Но главным делом его жизни на десятилетие стала организация и участие в выставках группы «20 московских художников», которые с 1978 по 1988 год проходили на Малой Грузинской, 28. Это место стало настоящим форпостом нонконформизма, где зритель мог соприкоснуться с живым, свободным искусством.
Игорь Снегур не просто создавал искусство, он строил для него инфраструктуру. Предчувствуя перемены, 11 сентября 1988 года он учредил первую в Москве частную галерею «Марс». Это был смелый шаг, открывший новую страницу в истории художественного рынка и выставочной деятельности России. Позже, в 1993-м, он основал журнал-каталог «Арт-Панорама», стремясь систематизировать и сделать доступным для публики многообразие современного искусства.
Игорь Снегур " Композиция Плавь-5" 1989г.
Сегодня искусствоведы, говоря о Снегуре, вспоминают и вторую волну русского авангарда, и московский концептуализм, но его творчество шире любых определений. Его зрелые работы — это геометрические абстракции, где линия, цвет и форма выверены почти с математической точностью.
Но за этой строгостью стоит глубокая эмоция. Снегур размышлял о линии: «Она начало суверенитета... Она уже в себе содержит некое существо во времени». Процесс рождения картины он описывал почти мистически: от внутреннего толчка, зрительного образа — к долгому изучению, попытке «докопаться до нечто без имени». И наконец — «щелчок!» — момент истины, когда форма и цвет выстраиваются в единый живой организм.
Но за этой строгостью стоит глубокая эмоция. Снегур размышлял о линии: «Она начало суверенитета... Она уже в себе содержит некое существо во времени». Процесс рождения картины он описывал почти мистически: от внутреннего толчка, зрительного образа — к долгому изучению, попытке «докопаться до нечто без имени». И наконец — «щелчок!» — момент истины, когда форма и цвет выстраиваются в единый живой организм.
- Игорь Снегур "Аккорд" 1989 г.
- Игорь Снегур "Три овала" 1997г.
- Игорь Снегур "Гнездо дятла" 1993 г.
Абстрактное искусство, по мнению мастера, позволяет установить со зрителем особый диалог — на уровне вибраций, обмена живой энергией. «Чем выше частота, тем совершеннее инструмент», — утверждал он. Картины Игоря Григорьевича Снегура — это и есть те самые высокочастотные инструменты, которые позволяют нам, зрителям, хотя бы на миг ощутить себя частью того великого «сущего», ради которого художник и совершал свое бесконечное путешествие в пространстве холста.
